Разговоры о рыбе и прочем...

[Ржавый 85 020]

Скат решил задачу. Приматы рядом не стояли.

Скат — плоская рыба, которая большую часть жизни лежит на дне и притворяется песком. Не самый очевидный кандидат на звание интеллектуала животного мира. Мягко говоря.

И тем не менее.

В 2022 году исследователи из Германии и Австралии опубликовали результаты экспериментов со скатами-хвостоколами в журнале Science. Скатов тестировали на задачу, которую в науке называют «задача численного суждения» — животному нужно выбрать из двух вариантов тот, где больше или меньше элементов. Базовый тест на понимание количества.

Скаты прошли. Причём прошли лучше, чем некоторые приматы в аналогичных тестах.

Но это было только начало. Исследователи усложнили задачу: добавили дробные соотношения, нестандартные размеры элементов, ситуации где нужно было выбрать «меньшее из двух зол». Скаты справлялись стабильно, без длительного обучения, с первых попыток.

Потом их протестировали на пространственную память — способность запоминать расположение объектов в пространстве и возвращаться к ним. Снова — результаты сопоставимые с млекопитающими, которых мы привычно считаем умными.

Откуда это у существа, чей образ жизни — лежать и ждать?

Исследователи предполагают: охота. Скаты питаются моллюсками и ракообразными, спрятанными в грунте. Найти их — значит решить пространственную и количественную задачу в режиме реального времени. Миллионы лет такой охоты отбирали тех, кто умеет думать.

Мозг развивается не там, где жизнь простая. А там, где задача сложная.

Скат лежит на дне. И думает.

[Ржавый 85 020]

Барракуда нянчит рыбок

 

Первый раз, когда дайверы сообщили об этом, им просто не поверили. Потому что барракуда — это полтора метра мускулов, зубов и скорости. Это торпеда с челюстями, которая рвёт рыбу пополам на лету. А тут вдруг заявляют: она защищает чужих мальков.

 

Но потом появились видео. И фотографии. И научные статьи.

 

Оказалось, что крупные одиночные барракуды в Карибском море и у берегов Флориды часто сопровождают стайки мелких рыб — особенно молодь окуней, кардиналов и даже детёнышей других хищников. И не просто плывут рядом. Они их охраняют.

 

Когда к стайке подплывает другой хищник — акула-нянька, крупный групер или даже другая барракуда — «нянька» резко разворачивается и делает ложный выпад в сторону нападающего. Она не атакует всерьёз, но демонстрирует свои зубы и размер. Большинство хищников отступают.

 

Почему она это делает? Точного ответа нет. Возможно, мальки случайно привлекают к барракуде её настоящую добычу — среднюю рыбу, которая охотится на мелочь. Барракуда ждёт, пока кто-то позарится на стайку, и тогда атакует уже его. То есть мальки работают как живая приманка, но сами при этом остаются целыми.

 

Есть и другая версия: барракуды просто умнее, чем мы думали. Они понимают, что защита молодняка сейчас — это наличие добычи завтра. Или им просто скучно в одиночестве, кто знает.

 

Дайверы рассказывали, как огромная барракуда неделями сопровождала одну и ту же группу мальков, не трогая их вообще. А когда человек пытался подплыть слишком близко к рыбкам — она вставала между ним и стайкой. Буквально защищала.

 

Монстр с клыками, который мог бы сожрать их всех за секунду, вдруг оказался самым надёжным телохранителем на рифе. Вот это поворот.

[Ржавый 85 020]

Дельфины придумали кое-что неприятное. И это работает.

Дельфины — умные, игривые, помогают людям, спасают пловцов от акул. Всё это правда. Но у этой истории есть изнанка, о которой в документальных фильмах про природу обычно не рассказывают.

Самцы афалин образуют альянсы. Это давно известно — небольшие группы из двух-трёх самцов держатся вместе, охотятся сообща, защищают друг друга. Нормальная социальная история.

Но дальше начинается то, за что этим альянсам сложно дать положительную характеристику.

Альянсы самцов совместно преследуют самок — и удерживают их рядом с собой против воли. Самка пытается уплыть — её возвращают. Иногда довольно жёстко. Исследователи, наблюдающие за дельфинами Акульего залива в Австралии — один из самых долгосрочных проектов по изучению дельфинов в мире, более 35 лет наблюдений — зафиксировали, что самцы тратят значительную часть времени именно на это.

Но самое странное обнаружилось позже. Альянсы второго уровня.

Несколько групп самцов объединяются в суперальянсы — и начинают обмениваться самками между собой. Группа А помогает группе Б захватить самку сегодня. Группа Б помогает группе А завтра. Это задокументированный реципрокный обмен, в котором самки выступают в роли ресурса.

Риchard Коннор из Университета Массачусетса, посвятивший этому три десятилетия, описывает структуру этих альянсов как наиболее сложную из всех известных у нечеловеческих животных. Три уровня вложенных коалиций, долгосрочные союзы, репутация, долги — всё это есть.

Просто используется не так, как нам хотелось бы.

Дельфины по-прежнему красивые и умные. Это не отменяет того, что умный — не значит хороший. Мы, впрочем, тоже давно это знаем на собственном примере.

[Ржавый 85 020]

Огромный кит падает на дно. Начинается пир, который длится годами. Но главная тайна этого застолья вовсе не в том, что здесь едят, а в том, кто именно приходит на этот пир. Эксперимент учёных MBARI перевернул наши представления о подводных «кладбищах».

Смерть гиганта в океане — это не конец, а начало новой жизни. Когда кит умирает и опускается на дно на тысячи метров, его тело становится бурлящим оазисом жизни посреди голодной пустыни абиссали. Такой "пир" может тянуться годами и даже десятилетиями. 
 
Однако долгое время учёные считали, что такие «китовые падения» (whale falls) — это закрытые клубы для редких приверед, «уникальных животных, которые не живут больше нигде». Исследователи MBARI решили проверить эту гипотезу самым буквальным способом. 
 
Вот как это было: исследователи стащили с пляжей Монтерей пять очень пахучих мёртвых китов, привязали к ним грузы и затопили на разной глубине в каньоне Монтерей. Затем в течение шести лет они наблюдали за ними с помощью телеуправляемых аппаратов (ROV), фиксируя каждое появление живности. 
 
Результат анализа сотен часов видео шокировал учёных: большинство животных на китовых «кладбищах» оказались не уникальными узкими специалистами, а самыми обычными фоновыми видами, которые обитают повсюду в каньоне. Киты — это не закрытый клуб, а дешёвый шведский стол для местных, который внезапно накрыли в их родном районе.

Порядок поедания туши подчинен строгой очерёдности: 
 
Первая волна (первые месяцы): Акулы, миксины, макрурусы (долгохвосты) и крабы. Они объедают мягкие ткани. 
 
Сезон устриц и червей: В игру вступает более разнообразная публика. Среди них настоящие герои репортажа, уникальные обитатели, которые всё же специализируются на костях.

Вот он, секрет: несмотря на то, что большинство гостей — случайные, экосистему «китового падения» не спутаешь ни с чем из-за нескольких очень заметных, буквально "кишащих" видов (very abundant animals), которые являются настоящими «костяными специалистами» (bone specialists). 
 
В каньоне Монтерей насчитали 15 видов костоедных червей Osedax и несколько новых видов костоедных улиток. 
 
Вот подробнее об этих "скелетах в шкафу": 
 
Черви Osedax («Пожиратели костей»): Это те самые "зомби-черви", которые лишили сна исследователей. Они не имеют ни рта, ни глаз, ни желудка. Всё их тело — это мешок для яиц и зелёные «корни», врастающие в кость. Эти корни выделяют кислоту, растворяющую минералы, и поглощают коллаген и жир. 
 
Другие беспозвоночные: Кроме червей, в каньоне обнаружили новые виды актиний, улиток и крабов. Также на костях часто селятся ракушки, которые используют костяной субстрат как дом и отфильтровывают планктон из воды, или маленькие червячки (полихеты), которые поедают бактериальный мат на костях.

У каждого трупа — своя судьба. И если вы думали, что всё это далеко, то спешу вас разочаровать (или порадовать): Osedax не специализируются только на китах. Учёные выяснили, что они с удовольствием поедают кости коров, свиней, тюленей.

[Ржавый 85 020]

Кашалот только с виду кажется спокойной морской глыбой, которая просто плавает, пускает фонтан и делает океан немного величественнее.

 

На деле это один из самых мощных ныряльщиков на планете. Обычно кашалоты охотятся на глубинах примерно до 600 метров и могут проводить под водой около 45 минут. А в экстремальных случаях, по данным NOAA, есть хорошие основания считать, что они способны уходить примерно до 10 000 футов — это около 3 километров глубины.

 

И самое интересное: он не просто терпит эту бездну. Он там охотится. В полной темноте кашалот использует мощные щелчки — природный сонар, который помогает ему искать кальмаров и другую добычу там, где глазами уже почти нечего делать.

 

Получается, кашалот — это не просто кит с большой головой, а живая глубоководная техника. Только без проводов, инструкции и тревожной наклейки «не погружать слишком глубоко».

 

Природа снова сделала вещь, которая выглядит невозможной: дала животному лёгкие, но научила его нырять туда, где само слово «дышать» уже звучит как плохая идея.

[Ржавый 85 020]

Морской конёк: папа, который буквально вынашивает детей

Морской конёк выглядит как маленькая игрушка, которую океан случайно забыл оживить: хвостик закручен, морда серьёзная, плавать толком не спешит, зато держится за водоросли с видом человека, который уже понял жизнь.

Но главная странность у него не во внешности. У морских коньков беременеет самец. Самка передаёт икринки в специальную сумку на его теле, а дальше он уже вынашивает потомство: защищает икру, регулирует условия внутри и в нужный момент выпускает маленьких морских коньков наружу.

То есть в мире, где многие животные после размножения делают вид «ну, я пошёл», морской конёк спокойно берёт на себя родительский проект почти под ключ.

Самое забавное, что выглядит он при этом не как суровый отец семейства, а как миниатюрный сказочный персонаж, который случайно оказался ответственнее половины живой природы.

Морской конёк напоминает: природа любит ломать привычные схемы. Только ты решил, что всё понял про мам, пап и детей, как из водорослей выплывает маленькая лошадка и говорит: «Вообще-то у нас тут иначе устроено».

[Ржавый 85 020]

Xiphactinus - гигантская хищная рыба Мелового периода и один из крупнейших костных хищников своего времени. Удлинённое тело, мощные челюсти и крупные конические зубы указывают на активный образ жизни в открытом море. Xiphactinus был стремительным охотником и мог заглатывать добычу почти целиком - известны находки, где внутри его тела сохранились крупные рыбы, проглоченные незадолго до смерти.

 

Меловой период (прим. 100–66 млн лет), Северная Америка. University of Kansas Natural History Museum.

 

[Ржавый 85 020]

Ученые обнаружили новый вид рыб и назвали его в честь героя «Улицы Сезам».

Впервые загадочную красную рыбу биолог Дэвид Харасати заметил во время погружения у берегов Папуа — Новой Гвинеи еще 20 лет назад. Тогда он сфотографировал необычное существо, но не смог найти его описание ни в одном справочнике.

Лишь спустя два десятилетия исследователям удалось снова встретить этот вид у северного побережья Австралии и подтвердить, что перед ними действительно новый для науки род рыб-иглобрюхов — Solenostomus snuffleupagus.

Свое название рыба получила благодаря длинной морде и ярким оранжево-красным нитевидным отросткам, которые напоминают внешность знаменитого героя детского шоу.

[Ржавый 85 020]

Что нашли в желудке кашалота

1 февраля 2016 года на побережье Германии выбросило мёртвого кашалота. Молодой самец, 13 метров, 6 тонн.

Ветеринары вскрыли. Стандартная процедура. Понять причину смерти.

Открыли желудок.

И остолбенели.

Внутри:
- 13 метров рыболовной сети
- Пластиковое ведро
- Обломок автомобильного бампера
- 70 см пластиковой трубы
- Кусок обшивки корабля
- 4 кг полиэтиленовых пакетов

Ничего съедобного.

Он умер от голода. С полным желудком пластика.

Желудок кашалота — 500 литров. Как 5 ванн. В нём должны быть кальмары. Рыба. Органика.

Был мусор.

Причина: кашалот охотится в темноте. На глубине 1000-2000 метров. Без света. Использует эхолокацию.

Но эхолокация не отличает кальмара от пластикового пакета. Форма похожа. Сигнал одинаковый.

Кит заглатывает. Желудок не переваривает. Пластик остаётся.

Накапливается.

Первый кусок — случайность. Второй — ещё терпимо. Десятый — желудок забит.

Кит чувствует сытость. Но не получает энергии. Голодает с полным желудком.

Это называют «пластиковая сытость». Желудок полный, но тело истощено.

Кашалот из Германии не единственный.

2018 год, Таиланд. В желудке кашалота 80 пластиковых пакетов. 8 кг.

2019 год, Филиппины. 40 кг пластика. Включая мешки для риса.

2021 год, Шотландия. 100 кг рыболовных сетей.

Они умирали не от яда. От объёма.

Желудок растягивается. Кит не может есть. Не может переварить. Не может вырвать — физиология не позволяет.

Он медленно умирает. Недели. Месяцы.

И всё это время продолжает охотиться. Заглатывает ещё. Надеется, что следующий кусок будет едой.

Но это снова пластик.

Замкнутый круг.

В океане 150 миллионов тонн пластика. Каждый год добавляется 8 миллионов тонн.

Это как каждую минуту высыпать в океан один мусоровоз.

24 часа в сутки. 365 дней в году.

Пластик не разлагается. Он распадается на микрочастицы. Становится меньше, но не исчезает.

Рыба ест микропластик. Кит ест рыбу. Получает концентрированную дозу.

Но крупные куски хуже. Они блокируют.

В 2020 году исследователи проверили 50 мёртвых китов по всему миру.

У 49 в желудке был пластик. От 1 кг до 100 кг.

Только у одного было чисто.

98% китов едят пластик.

Не специально. Вынужденно. Потому что океан стал помойкой.

Но вот что меня разрывает: это не абстрактная проблема. Это конкретные предметы.

Ведро из желудка кашалота в Германии — обычное строительное ведро. С надписью производителя. Из Польши. Потеряно 10 лет назад.

10 лет плавало в океане. Кит съел.

Кто-то на стройке не заметил, что ведро упало в реку. Река унесла в море. Море — в желудок кита.

Одна секунда невнимательности. Смерть через 10 лет.

Пакет из желудка кашалота в Таиланде — супермаркет Tesco. С логотипом.

Кто-то купил продукты. Выбросил пакет. Ветер унёс в канал. Канал в океан. Океан в кита.

Цепочка от кассы до смерти.

Бампер из желудка кашалота в Германии — от BMW 2005 года. Номер детали идентифицирован.

Кто-то разбил машину. Выкинул обломок. Он доплыл до желудка.

Мы не думаем о конце пути мусора. Выбросил — забыл.

Но мусор не исчезает. Он путешествует.

И заканчивает в желудках.

Не только китов. Черепах. Птиц. Рыб.

И нас.

Микропластик нашли в рыбе, которую мы едим. В соли. В воде из бутылок.

Средний человек съедает 5 граммов пластика в неделю. Как одна кредитная карта.

За год — 250 граммов. Пачка масла.

Мы едим то, что выбросили.

Круговорот пластика в природе.

И самое жуткое: мы знаем. Все знают.

Но продолжают.

8 миллионов тонн в год. Не уменьшается. Растёт.

Потому что удобно. Пластик дёшев. Лёгок. Практичен.

А кит где-то далеко. В океане. Не видим.

Он умирает тихо. Без крика. Без жалоб.

Просто перестаёт дышать. Тонет. Разлагается на дне.

Или выбрасывается на берег. Вскрытие. Фотографии желудка.

Мы ужасаемся. Комментируем. Шерим.

И идём в супермаркет. Берём пакет. Выбрасываем.

Потому что это не наша проблема. Это проблема кита.

Только кита больше нет.

Он умер с нашим ведром в желудке.

[Ржавый 85 020]

Чайки едят живых китов на ходу

Южные гладкие киты приплывают к полуострову Вальдес в Аргентине, чтобы спокойно родить детёнышей и набраться сил. Океан там относительно безопасный, касаток мало, вода тёплая. Единственная проблема исходит с неба.

Доминиканские чайки научились питаться китами. Не мёртвыми тушами, выброшенными на берег. Живыми китами, которые всплывают, чтобы сделать вдох.

Когда 15-метровый гигант поднимается на поверхность, на его широкую чёрную спину пикирует чайка. Она вонзает острый клюв прямо в кожу кита и вырывает кусок плоти вместе с жиром. Кит в панике бьёт хвостом, изгибается и резко уходит под воду.

Справедливости ради, кит от этого не умирает мгновенно. У него слой жира толщиной до 50 сантиметров, поэтому клюв птицы не достаёт до жизненно важных органов. Но это открытая, кровоточащая рана размером с тарелку в солёной воде.

Чайки не останавливаются. Когда этот же кит выныривает через 10 минут за новой порцией воздуха, птицы снова набрасываются на него. Они бьют точно в ту же самую рану, расковыривая её всё глубже и глубже. На спинах некоторых китов исследователи насчитывали до 40 глубоких кратеров от таких атак.

Откуда взялась эта жуткая привычка? Орнитологи считают, что всё началось с мусорных свалок и рыбных отходов, которые люди оставляли на берегу. Популяция чаек разрослась до неестественных размеров. Еды стало не хватать, и самые наглые птицы нашли новый, неисчерпаемый источник калорий, который медленно дрейфует прямо у побережья.

Взрослые киты стали менять своё поведение. Раньше они могли часами лежать на поверхности, отдыхая на солнце. Теперь они дышат под углом — высовывают только ноздри, оставляя спину под водой, и тут же погружаются обратно. Они находятся в постоянном стрессе.

Но хуже всего приходится китятам. Им нужно всплывать чаще, их кожа нежнее, а слой жира тоньше. Малыши тратят колоссальное количество энергии на попытки увернуться от птиц, вместо того чтобы пить молоко и расти.

Мы привыкли воспринимать чаек как крикливых попрошаек, ворующих картошку фри на пляже. А для китов они стали настоящим паразитическим кошмаром. Стая мелких, назойливых птиц успешно терроризирует самых величественных гигантов океана, медленно пожирая их заживо при каждом вдохе.

И кит ничего не может с этим сделать. Океан его защищает, а вот воздух принадлежит чайкам.